Pages:  1 2 3

Не так давно я спросила мужа, какая из увиденных нами стран понравилась ему больше всего, на что услышала печальное: “Швейцария…”. Ну вот! Год за годом вывозит он свое семейство на италийские просторы и даже не заикнется, что сам бы хотел провести это время совсем по другую сторону Альп. Я даже поинтересовалась у своей совести, что она думает по этому поводу. Но та промолчала: видно, тоже любит Италию. Пришлось идти на компромисс.

Language:

Сколько можно увидеть за восемь дней незаконных каникул? Наверное, немного, но все, что смогли, мы увидели. Не виноваты мы, что осенние каникулы у нас приходятся на абсолютный несезон - и на морях, и в горах. После московской душегубки этого лета, которая практически свела к нулю оздоровительный эффект альпийских каникул, мы чувствовали, что просто обязаны немного глотнуть горного воздуха, да и вообще, не хватило мне этим летом Италии. Решили, что до Венеции дети уже "доросли" и давно хотелось узнать, что за горы такие - Доломитовые Альпы. Поэтому маршрут "Венеция - Доломиты" был принят единодушно.

Language:

Фотографию этого места я нашла на Panoramio и была очень удивлена тем, что практика потопления деревень, оказывается, распространена не только у нас. Правда, как предусмотрительно успокаивает стенд с фотографиями на берегу озера, деревня Курон Веноста была полностью разобрана и перенесена на сто метров вверх от старого места. Осталась только колокольня. Сейчас за счет этой колокольни деревенька процветает - когда мы хотели поесть в ее единственном ресторане, оказалось, что там кормят участников какого-то конгресса. Зачем сделали озеро, мы так и не поняли - никаких технических сооружений там не было. И, хотя озеро очень красиво - горы обрамляют его со всех сторон, а волны с шумом накатывают на берег - место это грустное: пустая колокольня, циферблат без стрелок... Печаль по тому, что уже не вернется, всегда будет окутывать Курон Веносту.

Language:

Как известно, рондо – это движение по кругу, музыкальное произведение, построенное на возвращении к повторяющейся теме – рефрену, что приводит к ощущению законченности и закругленности. Так и наш маршрут в этот раз сложился в замкнутую кривую, начавшуюся и закончившуюся в Милане. Две тысячи километров по Альпам – бесконечно красивым, откуда ни погляди. Что выступало в роли рефрена? Пожалуй, то, что путь свой мы проложили, желая посмотреть «самое-самое» - самый высокий перевал, самые древние горы, самое большое подземное озеро, самую знаменитую железную дорогу… Ну а в качестве заключительного аккорда провести неделю в самом лучшем месте Альп. Лучшем для нас.

Language:

Как-то мне попался рассказ об отпуске, проведенном компанией наших альпинистов во Франции. Рассказ написан весело и легко, даже о трудностях автор рассказывает с юмором. Но больше всего мне понравилась концовка рассказа - погрузив свое снаряжение в автомобиль, они покидают Шамони: «Впереди нас ждали Сан-Ремо, Ницца и Монте-Карло. Лучшая часть отпуска была позади». Каждый раз мы испытываем подобное чувство. Сколько бы не было на нашем пути объектов ЮНЕСКО и прочих интересных вещей, самым лучшим будет то время, что мы проведем в маленькой горной деревушке под сенью Монте Розы.

Language:

Наверное, всеобщий ажиотаж по поводу этого кусочка земли и удерживал меня от посещения центра Италии. Не люблю толпу, и еще не люблю жару, без которой не обойдется летний отпуск в Тоскане. Но там, где летом жарко, осенью – тепло, и можно попробовать провести осенние каникулы с пользой. Если повезет и не будет дождя. В день перед вылетом СМИ красочно обрисовали, как Лигурию смывает, Тоскану местами – тоже, в Риме объявлено штормовое предупреждение, а циклоны движутся дальше, желая изгадить погоду и в других местах.

Language:

Какая же Умбрия без Ассизи? Скажем даже – какая Италия? Ведь Святой Франциск Ассизский является покровителем всей этой страны и город на склоне Монте Субазио – центр искреннего религиозного паломничества для набожных итальянцев. Ну а мы, хоть и orthodoxi, не будем вдаваться в разногласия между конфессиями, а просто попробуем представить, как среди простых, но тонких и ярких ландшафтов Умбрии возникло учение о простоте, смысл которого доступен теперь лишь немногим.

Language:

За посещением Форта Экзиль последовала ночевка в милой, мирной и пустой деревушке – Соз д`Ульксе (Sauze d`Oulx). Это уже один из центров франко-итальянского горнолыжного курорта Via Lattea – Млечный Путь. В него же входят итальянские Сестриере, Бардонеккья и Чезана Торинезе и французские Клавьер и Монженевр. Катание там хорошо для тех, кто перемещается на своей машине, так как территория огромна и подъемники не соединены в единую систему.

Language:

В Капуе забили машину продуктами из гипермаркета (нас ждали апартаменты, а не отель), и быстренько домчали до своего жилища на прекрасном побережье Салернского залива. Чудное это было местечко! Адрес был – Равелло, но реально - дом, втиснутый в скалу, находился у подножия лестницы, ведущей в Равелло из Минори. Чтобы попасть в квартиру, и тем более в гараж, надо было виртуозно уворачиваться от машин, идущих по единственной на амальфитанском побережье автомобильной дороге. А из окна было видно виллу Руфоло.

Language:

Апулия встретила нас весной, которой хватило на пару часов. Затем погода подпортилась и влага сопровождала нас постоянно – то туманом, то моросящим дождиком, а то и хорошим ливнем. Как же я люблю эту землю! Как я хотела сюда вернуться все семь лет, что прошли с нашей первой встречи! В этот раз у нас была другая Апулия – северная, без причудливых трулло, зато с суровыми норманнскими крепостями и соборами.

Language:

По мере нашего продвижения на запад небо постепенно тускнело, в Лацио начал прыскать дождик, а в Рим мы въехали под барабанную дробь весеннего ливня, который, видимо, решил перед Пасхой умыть Вечный город до более-менее приличного вида.

Language:

В этом году не сложился традиционный отпуск в конце июня. А в июле не хотелось оставлять бабушек наедине с грядками. Оставался август, самый лучший месяц на даче – Млечный Путь через всё небо, падающие звёзды, кузнечики, паутинки и туманы… Но не оставаться же без отпуска совсем! Самый конец августа выбрала я, была у меня одна мечта.

Language:

Мало одной недели на Шамполюк, МА-ЛО! Хочу ещё и ещё. И ещё. Потому что нигде не бывает так хорошо. Восьмая поездка в любимую долину, а сколько новых впечатлений… Прежде всего, другое состояние природы – конец лета и ощутимое уже предчувствие зимы. Не то чтобы грустно, ведь и зима здесь прекрасна, но рано ещё, пока не хочется.

Language:

Жили мы в маленьком домике среди виноградников Colli Bolognesi. Болонские холмы – это не географическое понятие, как, например, Валь-д`Орча. Это винный регион к югу и западу от Болоньи, производящий вина категории DOC. Вот мы и жили в доме с видом на винодельню. Её хозяин в своём деле асс, при нас ездил в Милан получать очередную медаль на свои бутылки. Его вино нам понравилось, особенно бессульфитный Pignoletto.

Language:

Флоренция и Болонья. Не вполне корректно сравнивать эти города, принадлежащие разным мирам Италии, но у нас знакомство с ними совпало по времени, по ожидаемости впечатлений, по готовности смотреть и чувствовать. Поэтому сравнение напрашивается само собой. Я сравниваю не объём художественных ценностей (этого везде достаточно), не красоту (это дело вкуса), а возможность проникнуться духом, атмосферой данного места.

Language:

Два дня с ночёвкой в Венеции были пожеланием младшего сына. Три года он вспоминал город в лагуне и спрашивал, когда мы снова туда поедем. Мне хотелось провести ночь в Урбино, но две двухдневных вылазки по времени не проходили. Поэтому Урбино отложили на потом. Спросила ребёнка, куда бы он хотел пойти, и услышала «а давай просто ходить по улицам». Поскольку это единственно разумный способ смотреть Венецию, согласилась, но всё же решила немного уточнить нашу траекторию, полезла по своим источникам, и тут в памяти стали всплывать всякие венецианские термины и образы, и я поняла, что сама ужасно соскучилась по Венеции.

Language:

Бывают города-мужчины, а бывают – женщины. Род зависит не от названия, а от того, как город прикасается к тебе ветерком на перекрёстках, как смотрит своим небом, как поворачивает тебя своими улицами, как пахнет… Болонья, Милан, Бари, Флоренция – это города-мужчины, Венеция, Генуя, Феррара, Рим – женщины. А Равенна – самый женственный из городов-женщин. Она напоминает изящную седую даму, которая, не снимая своих кружев, пережила все революции и войны и с лёгкой улыбкой смотрит в прошлое, оставаясь выше суетности дня текущего.

Language:

Зачем мы вообще ездим в отпуск? На первый взгляд – кто за чем, все люди разные. Есть туризм гастрономический, событийный, религиозный, познавательный. Шопинг, в конце концов… Но дело даже не в том, чтобы просто увидеть (или съесть, или купить) что-то новое, потешив свои рецепторы. В глубине души каждому хочется, чтобы это новое стало частью его самого и хоть немного продвинуло вас по кривой жизни к той асимптоте, которая называется счастьем.

Language:

О нескольких из наших походов расскажу подробнее. Собственно, начала маршрутов в долине Айяс привязаны к четырём точкам – Брюссону, Шамполюку, Антаньо и деревеньке Сен-Жак, последнему населённому пункту в долине. Между Брюссоном и Шамполюком 6 километров, поэтому проще доехать в Брюссон на машине или на автобусе, он ходит регулярно.

Language:

Альпы – прекрасны, всегда и везде. Там, где петляют тропинки, и там, где лишь копыта стамбекко касаются каменных осыпей, где буйствуют луговые травы, и где снег никогда не тает. Но если уж вы любите Альпы, хочешь - не хочешь, а в некоторых знаковых местах непременно тянет отметиться. Одно из них – Tre Cime di Lavaredo, символ региона Доломиты ди Сесто, да и всех Доломитовых Альп в целом. Почему зимой? Чтобы были только мы – и они, Tre Cime. Летом в окрестностях слишком людно. И ещё хотелось попробовать, наконец, что такое настоящий зимний трекинг. Так что в этот раз у нас был совсем новый опыт и новые впечатления.

Language:

Взгляд пополз по карте на запад и остановился на противоположном краешке Италии, который в реальности уже почти и не Италия – на Вентимилье. Там-то мы и будем купаться – в местечке, не позиционирующемся как пляжное. Ну а если взглянуть ещё западнее, за Лазурный берег, то за ним начинается … - да-да, Прованс! Заколдованное для нас место, у нас дважды срывалась поездка туда. Может, удастся с третьего раза? В принципе, почти всё, что есть в Провансе, можно плодотворно обозревать в любое время года – и Вердонский каньон, и римские артефакты, и орлиные гнёзда городков, и Камарг с птицами и лошадьми – они ничего не теряют с уходом лета. Кроме лаванды. Вредное растение цветёт в строго обозначенный природой период. Так что хочешь лаванды – готовься к жаре. А я хотела, очень.

Language:

Дома перед отъездом я мониторила прогноз погоды, в том числе и в Валле д`Аосте, и удивлялась тридцати градусам тепла в Курмайоре и двадцати в Червинии, где обычно выше 12-15 столбик термометра не поднимается. Это не очень радовало, так как означало, что ходить придётся по жаре. В реальности отсутствие дождей вызвало огорчительную «бесцветочность», а прошлогодние луга просто казались сном.

Language:

В этом году зима опоздала в Альпы. По крайней мере, в начале февраля её ещё не было. Не горнолыжного сезона – это всегда можно обеспечить с помощью современных технологий. Не было хорошего постоянного снежного покрова – снежной сказки прозрачных сосулек и голубых пещер-сугробов, присыпанных снежком рябиновых зарослей и петляющих средь заиндевелых елей следов неведомого зверья.

Language:

Не прошло пары месяцев, как мы вернулись из Прованса прошлым летом, а я снова забронировала жильё «в лаванде». «Что, опять?» - недоумённо уставились на меня мужские три четверти нашей семьи. Пришлось признаться, что есть весомый аргумент в пользу возвращения - я не видела лаванду на закате. Ну а без шуток, возвращение в Прованс абсолютно предсказуемо. Это не желание повторить, а желание продолжить. Прованс популярен потому, что, по статистике, 65% людей – «визуалы». Собственно информации оттуда привозится немного, если считать в гигабайтах на квадратный километр пересечённой местности. Зато зрение и обоняние испытывают настоящий стресс, а потом упрямо требуют повторения.

Language:

Как-то почти неожиданно мы выкроили пять дней на осуществление давней мечты – увидеть весенние горы. Конечно, хотелось походить, а не просто покататься вдоль тающих сугробов. Поэтому Большие Альпы не подходили, там в это время ещё зима. Но ведь есть Доломиты, вырастающие из равнины достаточно полого, и, в зависимости от погоды, чуть выше или ниже, не на южном склоне, так на северном, но обязательно где-то там будет настоящая альпийская весна, а не только тот её хвостик, который нам удаётся летом поймать в высокогорье. Дети категорически отказались от такого блиц-вояжа, в большие каникулы – с удовольствием, но на майские у них были «свои дела». Всё же полную дольчевиту мы им устроить не дали, вызвали для ненавязчивого пригляда дедушку. И отправились в Венето.

Language:

Озеро Комо, или Ларио, как больше нравится. Если начнёшь читать про это место, то встретишь исключительно восторженные отзывы. Вот не понимаю, как я попалась на эти ахи-охи. Нет, если вы вымотаны тяжелой физической работой или год ничего не видели, кроме стены офиса, или никогда не бывали в Италии, то оно, в общем-то, прокатит. Но я-то ведь и раньше знала – не наш это формат, отдых на «ривьерах». Хотя, собственно, пожаловаться не на что, но какая-то смутная неудовлетворённость осталась.

Language:

Написала название и задумалась – тавтология вышла, потому что Италия всегда – другая. Сколько бы ты туда не ездил, никогда не возвращаешься с чувством повторения и пресыщения. Подсчитала и искренне удивилась - это путешествие оказалось нашей двадцать третьей поездкой в Италию и третьей поездкой в Апулию. Хотя это я так её для себя называла – «в Апулию», исходя из внутреннего приоритета. В самой Апулии мы были лишь два дня, а остальные шесть дней – где только ни побывали: одна другая Италия, вторая другая Италия, третья … Здесь не только ландшафты и люди разительно отличаются, но и формат пространства, и крутизна «американских горок» времени, перекидывающих вас из эпохи в эпоху. Время – вот козырь Италии, её прошлое не музейно, оно проросло в настоящее множеством корешков, дающих идентифицируемые всходы.

Language:

Лукания – это древнее название территории, объединяющей современную Базиликату и часть Кампании. Племя луканов проживало здесь очень давно, ещё до колонизации греками, и исчезло задолго до расцвета Римской империи. Но название Лукания было официальным долгие столетия. Регион этот абсолютно сельскохозяйственный. Бескрайние пшеничные поля перемежаются оливковыми рощами и пастбищами.

Language:

Признаюсь - описывать итальянские города невероятно сложно – настолько высока плотность красот и культурных ценностей на квадратный метр, да и историей регион богат безмерно. Но как описать то, что не можешь передать словами - удивительное чувство покоя и безмятежности, которое захватывает тебя, когда ты идешь по этим улочкам? Вот и я не знаю...

Language:

Как я люблю говорить, все сколь-нибудь стОящие европейские города являлись в античное время колониями Рима, или вовсе были бывшими римскими гарнизонами. Хозяйственники и любители порядка римляне многое дали Европе, и в Лукке до сих пор улицы идут так, как были проложены согласно римскому генплану: основные улицы проходят четко с севера на юг (т.н. cardo maximo), и с востока на запад (decumano maximo). Понятие «спа» тоже в свое время придумали римляне, и именно они создали первые спа-курорты, построив на территории вокруг Лукки, богатой термальными источниками виллы и бани, на которые стала ездить верхушка римского общества.

Language: