Вот и мы отметились на просторах автономной республики. Для меня закрытие Европы оказалось в том числе и потерей возможности увидеть дикое весеннее Цветение (в приемлемом формате). Или хотя бы полудикое, в культурном ландшафте. Где его теперь взять? А в Крыму всё время что-то цветёт. И море информации о том – что, где и когда именно, спасибо блогерам и организаторам фототуров. Муж поддерживает такие мои порывы, так как они означают активное перемещение по пересечённой местности. До майских откладывать не стали, ибо будет там не толпа, а толпища, да к тому же проснутся клещи.

У нас было лишь несколько дней с 3 апреля, по-другому работа не позволяла. Но в это время должны цвести персики, по крайней мере, раньше они поступали из года в год именно так. Fleur de pêche подловить трудно – практически сразу их обрезают для лучшего урожая, надо не промахнуться. Фототуры обещали своим клиентам розовое счастье именно в эти дни, и мы тоже поверили. Персикам предшествует сон-трава или прострел (середина марта). Ещё раньше цветут миндаль и подснежники – вообще с февраля. Но их я не рассчитывала увидеть, поздно. А уже потом зацветут тюльпаны, тонколистный пион, маки, лаванда…

Всё получилось совсем не так, как задумывалось. Весна была поздняя везде, а в Крыму – особенно. Уже в аэропорту Симферополя мы поняли, что приехали в крымскую зиму. Пока ехали в наше Соколиное (поближе к персиковым садам), уныло констатировали, что даже миндаль ещё не выбросил ни цветочка, лишь жизнерадостно желтел кизил. Сначала я тешила себя надеждой, что случится чудо, резко потеплеет и хотя бы в последний день нам повезёт. Но этого не произошло, и обратно в аэропорт мы ехали сквозь метель.

Однако, известно, что не делается – всё к лучшему. Природа придержала листки календаря, подарив нам пробуждение мира, имя которому – эфемерность…

Есть растения эфемеры, а есть эфемероиды. Эфемеры сродни чуду – они живут лишь короткий период, зависят от дождя и ухитряются пройти весь жизненный цикл за очень малое время, а затем умирают, оставив семена, способные годами ждать своего часа. Эфемерами недавно покрылась пустыня Саудовской Аравии после аномальных осадков. Эфемероиды теряют лишь надземную часть, а в земле замирает луковка или корешок с запасом крахмала. Они растут и в наших садах, но мне всегда хотелось увидеть, как это бывает в природе. И природа щедро предоставила такую возможность!

Шулдан туманный

С утра сориентировались на местности и по прогнозу. Дождь, в большей или меньшей степени, и лишь на один день обещано солнце. Как говорится, чтобы жить и радоваться, нужны две вещи: первая – жить, вторая – радоваться. По крайней мере с возрастом понимаешь, что погода – это последнее, из-за чего стоит огорчаться. Так что надеваем плащи и – вперёд, в крымскую весну! Пещерный монастырь Шулдан – классическое место, куда ходят смотреть сон-траву. У одного очень доброго блогера мы позаимствовали маршрут - ехать нужно до села Терновка. Въезжая с востока, проезжаете его насквозь и сворачиваете вправо по указателю «Конные прогулки»; едучи с запада, соответственно, до села не доезжаете. Далее держитесь левой стороны, пока не увидите кирпичную трубу над какой-то заброшкой. Там паркуетесь и продолжаете путь вверх пешком, оставляя трубу справа. Возможно, вам повезёт услышать колокольный звон, тогда идите прямо на него. Первой остановкой будет пещерный монастырь Челтер-Мармара. Расцвет его пришелся на период княжества Феодоро (про него дальше), а упадок произошел тоже синхронно с этим осколком Византии. Действующим монастырь стал в 2007 году, посещения особо не приветствуются. Но снаружи смотреть можно.

Главный вход и встречающие. Они же сопровождающие.

Наверное, это и есть та самая простота. Ну та, которая должна быть, чтобы было меньше вопросов и больше ответов.

Всё строго, зато с любовью к меньшим братьям.

Спускаемся в пещерку.

Маленький храм доступен для рассмотрения.

Идём дальше за нашим гидом.

Главный храм и звонница. И, похоже, внутри идёт служба. Мы не зашли, постеснялись, да и одета я неподобающе. Пишут, что монастырь включает 50 помещений и четыре яруса пещер. Хотя, сохранились ли они? Время ведь тоже работает – медленно, но неумолимо.

Возвращаемся, вглядываясь в мутный пейзаж в надежде, что к нам не подбирается дождь - нам надо идти несколько километров до Шулдана.

Братия меньшая нас провожает.

По деревянной лестнице в скале вылезаем на гребень. Дождик всё-таки пошёл. Где моя сон-трава?? А тут она! 

Совсем ещё юные пушистики.

Так мрачно и сурово было бы вокруг, но с ними – совсем другое дело.

А мы идём к следующему монастырю. Хорошее место нашли монахи, без должной мотивации не добраться. А если лестницы деревянные убрать, то и вообще полная неприступность.

Всю дорогу нас сопровождает сон-трава.

Тропинка сворачивает в лес… Тот случай, когда действительность превосходит мечты. Месяца на полтора припозднилась здесь весна.

Фотография не может передать ударную весеннюю свежесть, а главное – пение птиц, просто сумасшедшее какое-то верещание, не затихающее ни на секунду.

Поплутав в тумане по лесу и полю, мы вышли к монастырской часовне, купол которой в солнечную погоду сверкает на всю округу. Внутрь хода нет. А чтобы попасть в монастырь в скале, нужно спуститься по старой деревянной вертикальной лестнице, которая была ещё и мокрой. Поэтому лучше приходить в Шулдан снизу.

Однако подступающий к часовне лес заслуживает того, чтобы слазить наверх.

Итак, мы в монастыре. Нас встретили очень приветливо и позволили находиться внутри сколько нам нужно.

Вход в главный храм.

Очень уютно, если можно так говорить про храмы.

Идёт монастырская жизнь…

Вид на долину в данный момент отсутствует.

Нас традиционно сопроводили. Только кот, судя по всему, чаял гораздо более прозаических вещей - есть он хотел. Когда мы заезжали по дороге в супермаркет в Бахчисарае, я искала кошачий корм, потому что самым моим ярким детским воспоминанием о Крыме были тощие крымские коты, и хотелось быть экипированной в случае встречи. Но корма, как на зло, не оказалось. И вот, пожалуйста, в первый же день мы встречаем голодающего. Бедный зверь согласился есть песочное печенье, да ещё с такой жадностью, что мы пообещали ему вернуться с большим мешком нормальной кошачьей еды.

Мангуп дождливый

Следующий день прогнозировался как ооочень дождливый. Было решено не удаляться сильно от цивилизации в дикую природу, а прогуляться по туристической аттракции, куда мы пошли бы в любом случае. Есть в туманно-дождливой погоде своё преимущество – там, где туман, можно представить себе всё, что угодно. А представить нам предстояло византийское княжество Феодоро-Мангуп во всей его средневековой красе.

Трудно ответить на вопрос «чей Крым?» Не в смысле политических визгов и телодвижений, а в смысле ментальном. Какую страницу учебника мировой истории не открой – везде соучаствовал Крым! Киммерийцы, тавры, скифы были первыми его обитателями. С VI века до н.э. началось освоение побережья греками - Киммерию упоминает Гомер… А в начале III века н.э. в Крыму появились готы, смели скифов, а затем и сами были оттеснены гуннами из степей в горы. Далее была очередь византийской ветви Римской империи похозяйничать в Крыму. Затем Киммерия-Таврика стала Хазарией под властью Хазарского каганата, а в IX веке пришли печенеги и русы. Далее – Трапезундская империя и Золотая орда, а потом османы, покровительствовавшие татарам. В 1780-х Екатерина прекратила эту чехарду на довольно долгое время.

Где же в этом сериале промелькнуло княжество Феодоро? Просуществовал этот центр крымского христианства с 1204 по 1475 год. Хотя на это время пришёлся его расцвет, в более ранних источниках Мангуп тоже упоминается. Располагалось княжество на юго-западе полуострова и включало историческую область Крымская Готия, жители которой были православными христианами и говорили на своем - готском, то есть германском, диалекте. Предполагается, что готы переняли христианство у пленников-византийцев. Также население состояло из греков, аланов, русских, иудеев, караимов. Идеологически и культурно ориентировались на Византию. Столицей княжества был сначала Эски-Кермен, а затем город Феодоро на плато Мангуп. В период существования княжества Феодоро южный берег Крыма пережил свой ренессанс, но, увы, маленькому горному государству было суждено пасть под натиском турков-османов. Пять месяцев продолжалась осада Мангупа 70-ти-тысячным войском, хорошо укрепленный город был взят измором и хитростью. Это был рекорд сопротивления для той эпохи. Город пал на 20 лет позднее самогó Константинополя.

Соскучились мы уже по Византии, поэтому предвкушали этот поход с удовольствием.

Начинается дорога к Мангуп-Кале в поселке Ходжа Сала. Нужно проехать до последнего дома и справа искать тропинку, уходящую наверх, в гору. Тропинка идёт по средней балке из трёх – Табана-дере. Местные жители промышляют извозом – доставляют на джипах желающих прямо в Мангуп, нам тоже предложили эту опцию раза три, пока мы ехали через деревню. Когда мы, оставив машину, облачились в плащи и пешком выдвинулись в сторону горы, на нас посмотрели с сочувствием.

А мы отправились в сказочный лес. Каменистая дорога карабкается в гору местами круто, местами полого, но скользко везде. И - весна, весна…

Первая встреча с городом состоялась у крепостной стены постройки 14 века - главной линии обороны. А ведь повезло нам. Облачная завеса ретуширует руины, позволяя домыслить звон оружия, скрип телег и ржание лошадей, разноязыкий говор…

И почти сразу под стеной – караимский некрополь. Караимы – этно-конфессиональная группа тюркского происхождения, относящая себя к последователям ветхозаветного иудаизма. И кстати, своей миссией караимы считают несение ответственности за события, происходившие в Иерусалиме в 1 тысячелетии нашей эры. Крымские караимы одно время имели даже собственную государственность, но впоследствии существовали общинами – богатыми и процветающими, так как представители этого народа были предприимчивы, умны и трудолюбивы. В Мангупе их основной профессией было кожевенное дело.

Загадочно и печально на караимском кладбище. Караимы были последними, кто покинул Мангуп уже в 18 веке. О чем эти надписи на древнееврейском? Какие страсти упокоились под этими двурогими камнями? Где сейчас потомки тех, кто пророс плющом под стенами Мангуп-Кале?

Пройдя через вторую линию обороны, выходим на плато. Угадываются очертания улиц, домов. И вот – руины Большой базилики – самого большого из средневековых храмов горного Крыма. Заложена она была ещё при Юстиниане, в VI веке. Когда-то здесь были фрески и мозаичный пол. Сейчас лишь центральная апсида даёт зацепочку для воображения.

От дворца почти ничего не осталось. Идём к южному монастырю. Всё-таки есть что-то вечное в этом мире! И лестница хорошая.

Здесь – жизнь! Отличающаяся хорошим аппетитом. Но теперь мы к этому готовы – в дело идут пакетики с мягким кормом.

Поевши, кот повёл нас в монастырь.

Здесь нет электричества, за водой ходят за два километра, топят дровами. «Где просто, там ангелов по сто…»

Внутрь мы, правда, не попали. Скромненько позвонили два раза. Может, в тумане тихо прозвучало, но третий раз не стали, ибо нечего отвлекать людей от важных дел.

Жаль, что мы не догадались прийти сюда двумя днями позже – попали бы на престольный праздник.

Возвращаемся на плато и нас начинает присыпать лёгким снежком. Зато весь Мангуп – наш. Даже на джипе в такую погоду сюда никто не соблазнился ехать. Но, как известно - нет плохой погоды, есть плохая одежда. А у нас она хорошая. На южном обрыве множество скальных сооружений разного назначения – от храмов до виноделен. Лишь вид с плато на окружающий пейзаж вновь остаётся нам недоступен.

Лучше всего на Мангупе сохранился донжон цитадели, бывшей последним оплотом защитников города. Её падением завершилась история Восточной римской империи.

Привет из Византии.

Спускаемся обратно. Туман рассеялся. Сеанс путешествия во времени окончен. А это что? Да просто разрушенная стена.

На обратном пути мы ещё заехали посмотреть водопад Серебряные струи на реке Сары-Узень.

Из-за дождей в водопаде было много воды, и она падала не сеткой тонких струек, давшей название водопаду, а обычным потоком.

Зато компания была хорошая.

Фиолент ветреный

Дождя нет, а мокрый мир щедро освещает солнце. Значит, можно поехать к морю, раз уж мы в Крыму. У моря намечена одна точка – мыс Фиолент, так как одним из знаков крымской весны являются дикие ирисы, цветущие там. Хотя, где именно они цветут, а, главное – когда (с учетом погодной аномалии) совершенно непонятно; но поедем-поищем. Дорога идёт через Терновку, Черноречье, виноградники «Золотой балки». Асфальт хороший, окраины Севастополя застроены уныло.

На мысу был такой ветер, что выйти из машины удалось с трудом, а идти поначалу показалось невозможным. Потом как-то приспособились, главное, не подходить к обрыву и ничего не уронить, потому что догнать не удастся. Первое, что мы увидели, отойдя от парковки влево – рояль, который раскачивало ветром. Сначала задумку не поняли, но на обратном пути застали фотосессию – девушка в платье совсем не по погоде на фоне моря за роялем, у рояля, на рояле … и фотограф, прыгающий вокруг.

Мыс Фиолент – красивое место… пока. Его удручающе быстро застраивают. Тут и дачи (хотя что может вырасти на таком ветре?), и город, подбирающийся со своими угловатыми домами, нелепыми на таком фоне.

И что вы думаете? Нашлись ирисы! Именно в том месте, откуда сделаны все роскошные фотографии в интернете. Однако мы прибыли слишком рано, лишь первые торопыги рискнули высунуться в изменчивый мир. Пышные куртинки здесь появятся позже. Но главное – я их увидела.

Если идти от автомобильной стоянки направо, то, миновав какой-то военный объект, вы увидите ещё один рояль и панораму с Севастополем на горизонте и большим числом живописных бухточек. Видно, что к одной из них ведёт длинная железная лестница, туда мы и решили дойти.

На всех ступеньках выбиты имена– то ли спонсоров, то ли строителей, на верхней – подпись автора.

По обе стороны от лестницы – небольшие пляжики. В сезон их хватит только на местных, наверху сплошняком идут садовые товарищества.

Мы посидели, послушали шум волн, припомнили, когда последний раз были на Чёрном море, отказались верить, что время идёт с такой скоростью, и поехали по делу.

А дело у нас было важное – купить мешок кошачьего корма и ещё раз подняться к Шулдану. – обещания надо выполнять.

В этот раз поднимались снизу. Если ехать от Севастополя, то надо миновать Терновку, монастырь на скале видно с дороги. Дорожка не утомительная и живописная.

Наш знакомый примчался на первое же «кис-кис» и привёл с собой родственников. По пакетику мягкого все получили сразу. Из мешка тоже подсыпали. Праздник живота состоялся. С удивлением обнаружили, что стоять на задних лапах в просительной позе приучены все. И кто же их здесь дрессирует, интересно?

Остальной мешок мы собирались оставить в монастыре. На подходе встретили того же служителя, однако нашу идею он не одобрил. По-видимому, естественный отбор он признавал, рассматривая его отдельно от прочих идей Дарвина, вследствие чего считал, что коты должны питаться мышками, птичками и т.д, а искусственный корм для них – наркотик. Но мы попросили его всё-таки оставить корм на чёрный день. Не верю я, что он их не кормит – стали бы они стоять на задних лапах.

Таракташ снежный

Когда мы прикидывали, где жить в Крыму, то выбрали Соколиное как точку, равноудалённую как от фруктовых садов Тургеневки, так и от Южного берега. Это большое село - последний населённый пункт перед подъёмом на Айпетринскую яйлу на шоссе Бахчисарай - Ялта. Однако, гладко было на бумаге…

«Шоссе» - это громко сказано. На самом деле перед началом подъёма там вообще стоит «кирпич». Позвонили хозяину нашего домика, чтобы выяснить, в чём дело. Он объяснил, что кирпич - для чужих, местные ездят. Дорога, конечно, плохенькая, но проезжаемая. Однако, посещение ЮБК этим путём точно планировать не стоит – ехать по ней вы будете долго и муторно. Поэтому от идеи пройти Таракташскую тропу от водопада Учан-Су мы отказались, и пошли с обратного её конца – с плато Ай-Петри. Полный спуск на машине и подъём обратно выдержит далеко не каждый вестибулярный аппарат, да и времени жалко.

Однако буковый лес у дороги сделал мне чудесный подарок. Пролески цветут в Крыму повсеместно, но там они покрывали ковёр опавшей листвы таким нежным синим ворсом, что даже отчасти примирили с невозможностью попасть в лес Халлербос.

На плато Ай-Петри белели остатки снега и пузыри радиолокаторов. Мы оставили машину рядом с домиком лесничества и двинулись влево. Выбирая дорогу по проталинам среди снежных полей, вышли к краю плато. Отсюда видны Ялта и Таракташский хребет – наша цель.

А это Таракташ в приближении – кусочек слоеного пирога, отрезанный древним оползнем от массива Айпетринской яйлы. Рифовые известняки уходят на Ай-Петри вглубь на 600 метров, считается, что в позднеюрский период ЮБК был протяжённым коралловым рифом, отделённым от большой земли проливом. Современный же ландшафт сформировался в результате действия карстовых процессов. Плато – самое ветреное место Крыма, хорошо, что мы приехали сюда не вчера.

Зима отступила совсем недавно, однако весна уже успела прокачать свои права. Я совсем не ожидала встретить их здесь в такую погоду!

Интересно, у каждого растения есть свой калориметр, или сама земля ведёт мониторинг солнечного настроения и даёт отмашку коренным жителям?

Мы подошли к Таракташскому ущелью сверху и прежде, чем спускаться вниз, очень приятно пообедали с видом на Ялту, сидя среди ароматных крымских сосен на солнечном уступе и любуясь тем, как небо сливается с морем. Пишут, что видимость отсюда – 135 км. Мы же, в контексте доставшейся нам погоды, радовались, что вообще что-то видно.

Спускаемся в расселину.

Зима отсюда не уходила. Местами сугробы довольно глубокие. Мы встретили людей, пришедших туда снизу, и они сказали, что на тропе настолько много снега, что идти тяжело, обратно там они не пойдут, а поднимутся с нами на плато и будут ловить машину вниз. Так что наше решение было правильным.

В ущелье ощущается настоящая горная мощь. 

Слоёный пирожок Таракташа потихоньку подгрызает Время. Оно уже проделало в стене несколько щербин, которые придают фотогеничности и способствуют дальнейшему разрушению. Одна из них носит название Таракташской форточки.

Конечно, мы в неё залезли. Здесь можно оценить, насколько тонка стенка хребта, и сделать эксклюзивные фотографии на память.

Например, с видом на Ялту. Улыбаемся и машем.

Вот такая процессия попалась нам на обратном пути. Сколько энергии и оптимизма эманируют они в пространство! Эфемерное точно в данный момент их не интересует. Forza ragazzi!

Natalia Berezina
2021